Неточные совпадения
Заметив, что
закуска была готова, полицеймейстер предложил гостям окончить вист после завтрака, и все пошли в ту комнату, откуда несшийся запах давно начинал приятным образом щекотать ноздри гостей и куда уже Собакевич давно заглядывал в дверь, наметив издали осетра, лежавшего в стороне
на большом блюде.
— А вот мы скуку сейчас прогоним, — сказал хозяин. — Бежи, Алексаша, проворней
на кухню и скажи повару, чтобы поскорей прислал нам расстегайчиков. Да где ж ротозей Емельян и вор Антошка? Зачем не дают
закуски?
Потом в ту же минуту приступил к делу: перед шкатулкой потер руки с таким же удовольствием, как потирает их выехавший
на следствие неподкупный земский суд, подходящий к
закуске, и тот же час вынул из нее бумаги.
Другая неприятность тоже отчасти способствовала раздражению Катерины Ивановны:
на похоронах из жильцов, званных
на похороны, кроме полячка, который успел-таки забежать и
на кладбище, никто почти не был; к поминкам же, то есть к
закуске, явились из них всё самые незначительные и бедные, многие из них не в своем даже виде, так, дрянь какая-то.
«Не устал еще от необыкновенного?» — хотел спросить Самгин, но вошел белобрысый официант и с ним — другой, подросток, — внесли
закуски на подносах; Лютов спросил...
— С кем с нами? — спрашивал Юрин. А Дронов, вытаскивая из буфета бутылки и тарелки с
закусками, ставил их
на стол, гремел посудой.
Самгин пошел за ним. У стола с
закусками было тесно, и ораторствовал Варавка со стаканом вина в одной руке, а другою положив бороду
на плечо и придерживая ее там.
Клим разделся, прошел
на огонь в неприбранную комнату; там
на столе горели две свечи, бурно кипел самовар, выплескивая воду из-под крышки и обливаясь ею, стояла немытая посуда, тарелки с расковырянными
закусками, бутылки, лежала раскрытая книга.
Стараясь удержать
на лицах выражение задумчивости и скорби, все шли в угол, к столу; там соблазнительно блестели бутылки разноцветных водок, вызывающе распластались тарелки с
закусками. Важный актер, вздыхая, сознавался...
Офицеров никого не было в кают-компании: все были наверху, вероятно «
на авральной работе». Подали холодную
закуску. А. А. Болтин угощал меня.
Внизу мы прошли чрез живописнейший лесок — нельзя нарочно расположить так красиво рощу — под развесистыми банианами и кедрами, и вышли
на поляну. Здесь лежала, вероятно занесенная землетрясением, громадная глыба коралла, вся обросшая мохом и зеленью. Романтики тут же объявили, что хорошо бы приехать сюда
на целый день с музыкой; «с
закуской и обедом», — прибавили положительные люди. Мы вышли в одну из боковых улиц с маленькими домиками: около каждого теснилась кучка бананов и цветы.
— А вот идет сюда матушка с сестрами! — сказал Григорий Григорьевич, — следовательно, обед готов. Пойдемте! — При сем он потащил Ивана Федоровича за руку в комнату, в которой стояла
на столе водка и
закуски.
Ему тотчас же объяснили суетившиеся приказчики со слащавою речью, что в этом первом ящике всего лишь полдюжины шампанского и «всякие необходимые
на первый случай предметы» из
закусок, конфет, монпансье и проч. Но что главное «потребление» уложится и отправится сей же час особо, как и в тогдашний раз, в особой телеге и тоже тройкой и потрафит к сроку, «разве всего только часом позже Дмитрия Федоровича к месту прибудет».
Все были не только ласковы и любезны с Нехлюдовым, но, очевидно, были рады ему, как новому и интересному лицу. Генерал, вышедший к обеду в военном сюртуке, с белым крестом
на шее, как с старым знакомым, поздоровался с Нехлюдовым и тотчас же пригласил гостей к
закуске и водке.
На вопрос генерала у Нехлюдова о том, что он делал после того, как был у него, Нехлюдов рассказал, что был
на почте и узнал о помиловании того лица, о котором говорил утром, и теперь вновь просит разрешения посетить тюрьму.
Он пришел в столовую. Тетушки нарядные, доктор и соседка стояли у
закуски. Всё было так обыкновенно, но в душе Нехлюдова была буря. Он не понимал ничего из того, что ему говорили, отвечал невпопад и думал только о Катюше, вспоминая ощущение этого последнего поцелуя, когда он догнал ее в коридоре. Он ни о чем другом не мог думать. Когда она входила в комнату, он, не глядя
на нее, чувствовал всем существом своим ее присутствие и должен был делать усилие над собой, чтобы не смотреть
на нее.
Марфенька не сидела
на месте: она то нальет вина кому-нибудь, то попотчует
закуской или старается занять разговором своих приятельниц.
Он пошел к Райскому. Татьяна Марковна и Вера услыхали их разговор, поспешили одеться и позвали обоих пить чай, причем, конечно, Татьяна Марковна успела задержать их еще
на час и предложила проект такого завтрака, что они погрозили уехать в ту же минуту, если она не ограничится одним бифштексом. Бифштексу предшествовала обильная
закуска, а вслед за бифштексом явилась рыба, за рыбою жареная дичь. Дело доходило до пирожного, но они встали из-за стола и простились — не надолго.
Кузьма резал дымящийся окорок, подручные черпали серебряными ложками зернистую икру и раскладывали по тарелочкам. Розовая семга сменялась янтарным балыком… Выпили по стопке эля «для осадки». Постепенно
закуски исчезали, и
на месте их засверкали дорогого фарфора тарелки и серебро ложек и вилок, а
на соседнем столе курилась селянка и розовели круглые расстегаи.
Неизменными посетителями этого трактира были все московские сибиряки. Повар, специально выписанный Лопашовым из Сибири, делал пельмени и строганину. И вот как-то в восьмидесятых годах съехались из Сибири золотопромышленники самые крупные и обедали по-сибирски у Лопашова в этой самой «избе», а
на меню стояло: «Обед в стане Ермака Тимофеевича», и в нем значилось только две перемены: первое —
закуска и второе-«сибирские пельмени».
Они уходят в соседнюю комнату, где стоит большой стол, уставленный
закусками и выпивкой. Приходят, прикладываются, и опять — к дамам или в соседнюю комнату, — там
на двух столах степенная игра в преферанс и
на одном в «стуколку». Преферансисты — пожилые купцы, два солидных чиновника — один с «Анной в петлице» — и сам хозяин дома, в долгополом сюртуке с золотой медалью
на ленте
на красной шее, вырастающей из глухого синего бархатного жилета.
На множестве расписанных художниками тарелок ставится
закуска, описанная в меню протокола.
В трактире всегда сидели свои люди, знали это, и никто не обижался. Но едва не случилась с ним беда. Это было уже у Тестова, куда он перешел от Турина. В зал пришел переведенный в Москву
на должность начальника жандармского управления генерал Слезкин. Он с компанией занял стол и заказывал
закуску. Получив приказ, половой пошел за кушаньем, а вслед ему Слезкин крикнул командирским голосом...
И выкидывает трешницу
на четвертную и
закуску.
На столах все было выставлено сразу, вместе с холодными
закусками. Причудливых форм заливные, желе и галантины вздрагивали, огромные красные омары и лангусты прятались в застывших соусах, как в облаках, и багрянили при ярком освещении, а доминировали надо всем своей громадой окорока.
Середь разговора человек принес
на подносе
закуску. Дама сказала ему, когда он выходил...
После такой
закуски он закуривал большую трубку
на крошечном чубучке, табак у него был крепости невероятной, он его сам крошил и вследствие этого остроумно называл «санкраше».
Но особенно он памятен мне в праздничные вечера; когда дед и дядя Михаил уходили в гости, в кухне являлся кудрявый, встрепанный дядя Яков с гитарой, бабушка устраивала чай с обильной
закуской и водкой в зеленом штофе с красными цветами, искусно вылитыми из стекла
на дне его; волчком вертелся празднично одетый Цыганок; тихо, боком приходил мастер, сверкая темными стеклами очков; нянька Евгенья, рябая, краснорожая и толстая, точно кубышка, с хитрыми глазами и трубным голосом; иногда присутствовали волосатый успенский дьячок и еще какие-то темные, скользкие люди, похожие
на щук и налимов.
Заметив, что Ипат принес и поставил около него
на подносе графинчик с водкой и
закуску на стеклянной тарелочке, он только улыбнулся; внимание Привалова к его жажде очень польстило Веревкину, и он с особенным усердием принялся рыться в бумагах, швырял их по всему столу и делал
на полях красным карандашом самые энергичные nota bene. [отметки (лат.).]
Виктор Васильич мгновенно исчез
на половину Хионии Алексеевны и вернулся оттуда в сопровождении Ипата, который был нагружен бутылками и тарелочками с
закуской; Хиония Алексеевна давно предупредила Виктора Васильича, и все уже было готово, когда он заявился к ней с требованием водки и хересов.
На двух столах помещались вина и
закуски.
И он глубоко и жадно перевел дух, как бы сбросив с себя чрезвычайную тягость. Он догадался наконец, что ничего «не кончено», что еще не рассвело, что гости встали из-за стола только для
закуски и что кончилась всего одна только болтовня Лебедева. Он улыбнулся, и чахоточный румянец, в виде двух ярких пятен, заиграл
на щеках его.
Затем стремглав побежала
на кухню; там она готовила
закуску; но и до прихода князя, — только что
на минуту могла оторваться от дела, — являлась
на террасу и изо всех сил слушала горячие споры о самых отвлеченных и странных для нее вещах, не умолкавших между подпившими гостями.
Коридорный осведомился, не желает ли он закусить; он в рассеянии ответил, что желает, и, спохватившись, ужасно бесился
на себя, что
закуска задержала его лишних полчаса, и только потом догадался, что его ничто не связывало оставить поданную
закуску и не закусывать.
— Но своего, своего! — лепетал он князю, —
на собственное иждивение, чтобы прославить и поздравить, и угощение будет,
закуска, и об этом дочь хлопочет; но, князь, если бы вы знали, какая тема в ходу. Помните у Гамлета: «Быть или не быть?» Современная тема-с, современная! Вопросы и ответы… И господин Терентьев в высшей степени… спать не хочет! А шампанского он только глотнул, глотнул, не повредит… Приближьтесь, князь, и решите! Все вас ждали, все только и ждали вашего счастливого ума…
Галактиона удивило, что вся компания, пившая чай в думе, была уже здесь — и двое Ивановых, и трое Поповых, и Полуянов, и старичок с утиным носом, и доктор Кочетов. Галактион подумал, что здесь именины, но оказалось, что никаких именин нет. Просто так, приехали — и делу конец. В большой столовой во всю стену был поставлен громадный стол, а
на нем десятки бутылок и десятки тарелок с
закусками, — у хозяина был собственный ренсковый погреб и бакалейная торговля.
Ермилыч добыл из-за пазухи бутылку с водкой, серебряный стаканчик, а потом отправился искать
на возу
закуски. И
закуска нашлась — кочан соленой капусты и пшеничный пирог с зеленым луком. Лучшей
закуски не могло и быть.
— Так, так… То-то нынче добрый народ пошел: все о других заботятся, а себя забывают. Что же, дай бог… Посмотрел я в Заполье
на добрых людей… Хорошо. Дома понастроили новые, магазины с зеркальными окнами и все перезаложили в банк. Одни строят, другие деньги
на постройку дают — чего лучше? А тут еще:
на, испей дешевой водочки… Только вот как с
закуской будет? И ты тоже вот добрый у меня уродился: чужого не жалеешь.
Это замечание поставило хозяина в тупик: обидеться или поворотить
на шутку? Вспомнив про дочерей, он только замычал. Ответил бы Харитон Артемьич, — ох, как тепленько бы ответил! — да лиха беда, по рукам и ногам связан. Провел он дорогого гостя в столовую, где уже был накрыт стол, уставленный винами и
закусками.
Петербургский гость остался ночевать у Тарасия, так как время было уже позднее.
На ужин явились все те же
закуски, какие были поданы к обеду. Уха сварена была из наловленных послушниками окуней, и явился к столу поданный ими жареный судак и другие давешние кушанья, кроме каши, замененной малиной со сливками.
Под это слово подлетел быстроногий, чистотелый любимовец и ловко поставил
закуску на стол.
Водочки-то другую рюмочку искушали бы, — прибавила она, указывая гостю
на столик с напитками и
закусками.
— А ты кого ни
на есть из ихних приказчиков в трактир сведи да чайком попой,
закуской угости, — приказывал Марко Данилыч. И, вынув из бумажника рублевую, примолвил: — Получай
на угощенье!..
Меж тем в гостиной
на особый столик
закуску поставили, и Зиновий Алексеич, взяв гостя под руку, подвел к ней и молвил...
Веденеев
на особом в сторонке разостланном коврике проворно расставил привезенную из города
закуску: графинчики с разными водками, стерляжьей икры жестянку, балык донской, провесную елабужскую белорыбицу, отварные в уксусе грибы, вятские рыжички, керженские груздочки.
Ровно в девять часов в той же гостиной подают завтрак. Нынче завтрак обязателен и представляет подобие обеда, а во время оно завтракать давали почти исключительно при гостях, причем ограничивались тем, что ставили
на стол поднос, уставленный
закусками и эфемерной едой, вроде сочней, печенки и т. п. Матушка усердно потчует деда и ревниво смотрит, чтоб дети не помногу брали. В то время она накладывает
на тарелку целую гору всякой всячины и исчезает с нею из комнаты.
Вдова начала громко жаловаться
на судьбу. Все у них при покойном муже было: и чай, и ром, и вино, и
закуски… А лошади какие были, особливо тройка одна! Эту тройку покойный муж целых два года подбирал и наконец в именины подарил ей… Она сама, бывало, и правит ею. Соберутся соседи, заложат тележку, сядет человека четыре кавалеров, кто прямо, кто сбоку, и поедут кататься. Шибко-шибко. Кавалеры, бывало, трусят, кричат: «Тише, Калерия Степановна, тише!» — а она нарочно все шибче да шибче…
— Бежали? — укоризненно говорил один, указывая
на буфет, — то-то вот и есть! Водка да
закуска — только
на это нас и хватает!
После обычных приветствий и расспросов, после длинного разговора о кладях
на низовых пристанях, о том, где больше оказалось пшеницы
на свале: в Баронске аль в Балакове, о том, каково будет летом
на Харчевинском перекате да
на Телячьем Броде, о краснораменских мельницах и горянщине, после чая и плотной
закуски Патап Максимыч молвил Колышкину...
С другой стороны Софонтьевой поляны появился такой же стол и такой же парусинный шатер с вареной печенкой, со студенью и другими
закусками, с расписными жбанами ядреного квасу и с мягкими, с обоих концов востроносыми сайками, печенными
на соломе…
Большею частью старцы Божьи изводили свои денежки
на «утешение», то есть
на чай да
на хмельное и разные к нему
закуски.